15.10.2008

Несмотря на то, что наш новый фильм официально ещё не выпущен, уже начинают поступать рецензии от непосредственных участников проекта. Привожу их здесь для затравки.

chiryrgo (Ганна Дубовец).
14.10.2008 13:29:49
Ммм... Даже не знаю, с чего начать. Ну, первое — главная героиня отвратительна. :-D Имя моё в титра пиши малюсенькими буквами. ;-) Если серьёзно, то у меня значительные претензии есть только к концу фильма. я считаю, что колыбельную тебе надо ставить сыну, а туда нужна динамика. Ты чё!!! Это же кульминация, а ты там какой-то релакс ставишь... Мне не хватило там движухи что ли... Далее, я бы сделала монтаж более динамичным: чаще менять ракурсы или кадры. А то когда долго показывают мою рожу с признаками переходного возраста становится скушна. Можно перебивать монологи видами города, людей. Все сцены, где ты и наша ангелочек, надо сделать дрожащими, как в других местах. Это я думаю и так очевидно. Ну, это первое впечатление.. Что касается игры нашего актера... *JOKINGLY* То я бы очень сильно придралась к четырём местам. Там просто неестественно смотрит в одну точку.
Это так, навскидку... Потом посмотрю ещё и напишу более подробно.

От кого: Дмитрий Юртаев
Кому: Андрей
15.10.2008 12:28:16
Смотрю кино который раз. И каждый раз, как по-новому. Подложка музыки — 8 баллов из 10, неплохо, одним словом, динамично, тематично и, порой, чуточку трагично По диалоговому сопровождению, ну... Есть, конечно, маленькие замечания в первых сценах в комнате. В выходные попробую записать свою часть аудиодиалога по-новому. Думаю, получится лучше. :^) Так что жди "подвига". %^) И вот ещё что: не понял ряд сцен с флагом Беларуси и административными зданиями. Читать между строк политику партии? Что-то буквы не разберу. А так фильм очень даже нетривиальный! Порой даже с юмором. На мой взгляд лучшая сцена - разделка сала. Браво!

Когда мы пришли к Виктору, нас ждал чай, а меня, персонально, знакомство с его мамой, милейшей женщиной, чьи радушие и гостепреимство были даже слишком обширными по отношению к случайному персонажу, коим я являлся. На самом деле, любому из вас я желаю такую мать: когда она узнала, что Виктор планирует летом новые съёмки, она сама предложила ему уволиться с работы (невзирая на то, что в наше время любые деньги бывают совсем не лишними), чтобы не отвлекаться от творчества на бытовые проблемы.
Попив чаю и собравшись, мы отправились к месту съёмок. Идти предстояло минут двадцать, но в этом была своя прелесть: я мог в полной мере насладиться видом типичных екатеринбургских спальников. Если честно, город произвёл на меня очень сильное впечатление. Если я когда-нибудь соберусь экранизировать свой роман «Трое против смерти», то сделаю это именно в этом городе. Дымящие трубы, заброшенные производства, многочисленные железнодорожные ветки, горы строительного хлама, пустые магистрали... Просто рай для съёмок постапокалиптики! И самое приятное, что во многих этих картинках я узнавал места, где ТО «Green Worms» снимало свои фильмы. Я видел мост, с которого прыгал герой «Постсуицидного кошмара», и тот, где зомби из того же фильма нападали на людей, железнодорожный путь, на котором гопники из «За стеной» напали на парня из другого района, дорогу, где происходили действия одной из сцен «Сезона разложения»... Пожалуй, только «Одиннадцатый маршрут» не показал мне себя, но, думаю, всё ещё впереди. Зато я видел заброшенную больницу до того, как ребята начали снимать там своё кино про оживших мертвецов.
Сильнее всего меня, как фотографа и оператора, поразил один кадр, который, к сожалению, я просто не успел запечатлеть, так как фотоаппарат и видеокамера были упакованы. Представьте себе в перспективе промышленный пейзаж с трубами, рельсами и т.п., в который втиснуты жилые многоэтажки, а на переднем плане, на вершине одной из куч мусора, стоит собака-альбинос, покрытая серой дорожной пылью, и смотрит в небо...
Нашей целью был Верх-Исетский пруд. На самом деле, к тому, что я увидел, название «пруд» подходило весьма условно: волны, как на море, вода, насколько хватает глаз, далёкий противоположный берег... А когда я увидел крупный песок, насыпанный на пляже, то вообще почувствовал себя на черноморском побережье.
По сюжету я должен был повесить Виктора, поэтому мы принялись искать подходящее дерево. Нашли мы его в очень удачном месте — рядом со стеной, за которой находились местные психиатрическая больница и туберкулёзный диспансер. Что характерно, это было просто интересным стечением обстоятельств.
Изготовив петлю (заодно я научил Виктора вязать узел Линча), мы приступили к съёмкам. Много времени это у нас не отняло. Вместе с небольшими допматериалами было отснято минут десять, из которых отсилы секунд двадцать-тридцать войдут в фильм. И не называйте меня маньяком, ибо будете утверждать очевидное. Да, мне не в лом было тащиться за две тысячи километров ради нескольких кадров, мелькнувших в фильме. Цель заключалась в другом. В знакомстве с коллегами по киноцеху и налаживании сотрудничества между студиями.
После съёмок мы забежали к Виктору за вещами и продолжили наш хадж по достопримечательностям с конечной точкой на вокзале, откуда мой путь лежал в Челябинск.
Улица Стрелочников, вот куда привёл меня Виктор. Затрудняюсь сказать, сколько там реально заброшенных домов, но три я видел точно. Причём в одном из них второй этаж остаётся заселённым, но первый уже покинут жильцами и его облюбовали бомжи.
То, что я увидел, сложно описать словами, поскольку разруха, царившая там, не уложится в несколько слов или фраз. Больше всего мне запомнилась одна из комнат, заваленная использованными шприцами и флаконами от реактивов. Чем именно она пришлась по вкусу наркоманам, не знаю, ходят они только туда.
Наконец мы добрались до вокзала. Я попращался с Витькой, договорившись о дальнейшем сотрудничестве, и выехал в Челябинск.
Расскажу об этом позже. Пока — отдых.

Продолжим наше повествование. Когда я выгрузился из вагона, я сразу же увидел Витьку. На удивление, мы узнались сразу, хотя я, в отличие от него, выглядел уже совсем не так, как в «ОБ». Мы двинулись в метро, и я совсем забыл от том, что собирался сдать свою неподъёмную сумку в камеру хранения. Когда я об этом вспомнил, было уже поздно.
Вообще, екатеринбургское метро — довольно интересное место. В плане архитектуры оно выполнено в суровой советской классике, а в качестве оплаты там действуют жетоны с надписью «Московский метрополитен».
Сразу по моему приезду Виктор озадачил меня культурной программой, дабы я не помер со скуки. До съёмок упоминавшегося выше эпизода нам предстояло посетить заброшенную больницу, являющуюся для определённых групп екатеринбуржцев культовым местом, а после — заброшенные же дома по улице Стрелочников. В больницу следовало попасть пораньше, потому как до одиннадцати там ещё дежурили сотрудники милиции, лояльно настроенные к адекватным исследователям мрачных мест, а вот после их отъезда туда начинали сползаться все кому ни лень — от готов до гопов и бомжей.
Выгрузившись на метро «Геологическая», мы двинулись к больнице. Минут через пять мы подошли к большому пятиэтажному зданию, пребывавшему в крайней степени запустения. Тадиционное графитти на стенах, выбитые окна, отвалившаяся лепнина и потрескавшийся фасад в комплексе выглядели внушительно. Даже в дневное время в голове возникали ассоциации с Сайлент Хиллом. Не хватало только тумана и медсестёр. Но были и свои «бонусы».
Во-первых, мы с Витькой наткнулись там на здоровенного боксёра (собаку), который, в силу своих габаритов, мог позволить себе спокойно сидеть и с любопытством изучать — кто из нас двоих поупитаннее. Когда мы тихонько ретировались (отбиваться от псины как-то не входило в наши планы) и начали подниматься выше, боксёр побежал по коридору в нашу сторону, видимо осознав, что остался без завтрака, но преследовать нас всё же не стал. Полагаю, он понял, что возвращаться нам всё равно придётся через его территорию. Вообще, сказать по совести, — ощущения непередаваемые: ты идёшь по лестнице этажом выше, но отчётливо слышишь топот собачьих лап, словно пёс уже за твоей спиной. В добавок к этому он не рычит и не лает, просто едва слышно сопит, отчего ты не можешь понять, хочет ли он отгрызть тебе кусок дорогой и любимой задницы или просто поиграть.
Во-вторых, кроме нас в здании был кто-то ещё. Собственно, как я уже говорил, место по-своему культовое, так что удивляться нечему, но шаги, шорохи и мелькающие в темноте коридоров тени придают посещению больницы весьма зловещие черты.
В-третьих, сама природа постаралась произвести на нас впечатление. Проглядывающее сквозь разбитые окна мрачное небо, депрессивный ё-бургский пейзаж, сквозняки, завывание ветра и металлический лязг, неожиданно раздающийся где-то внизу (я предположил, что это гремит один из листов железа, которыми заколочены некоторые окна) способствовали непроизвольным выбросам адреналина, хотя, казалось бы, причин для этого никаких не было.
В общем, будете в Ё-бурге — обязательно наведайтесь в больницу.
Пофотографировав и осмотрев здание (разумеется, не целиком), мы пошли обратно. К счастью, собака не стала нас дожидаться и свалила по своим собачьим делам.
Наш дальнейший маршрут лежал домой к Виктору, откуда мы стартовали до места съёмок. Но об этом — в следующей части.

Как я уже говорил, моя сиятельная особа несколько оживела, поэтому я начал робкие телодвижения по вагону, а потом, под «Чёрный обелиск» Ремарка, устроил себе дегустацию продукции пермского пивзавода. Разумеется, вскоре меня обуял никатиновый голод, и я двинулся в тамбур. Там-то я вновь и пересёкся с гарными хлопцами в голубых беретах. Вообще-то ехали они в другом вагоне, но принесло их на перекур почему-то к нам. Прервав крики: «Д-М-Б! Д-М-Б!», десанты уставились на меня, как на редкое экзотическое животное. Сами посудите, хвост, борода, неформальская майка — всё это вызывало дисгармонию в их сознании, рушило основы понимания того, как должен выглядеть «нормальный пацан».
Поскольку стояли они в дверях, мне пришлось немного подождать, пока поступившая в их мозг информация обработается простеньким CPU. Наконец один из них, Артём, как потом выяснилось, выдал: «Брат, ты проходи, не бойся!». «Да я и не боюсь, — хмыкнул я, — просто вы дорогу перегородили». Прошёл, закурил. Буквально через минуту нашего общения я уже знал, как кого зовут и самым наглым образом пил дембельское пиво, благо последнего было с избытком. Спустя некоторое время Тёма ушёл, а его приятель, судя по внешности, башкир, который и до этого проявлял нездоровый интерес к моей скромной персоне, решил, что настал час быка. Мальчик, кстати, был весьма крупный — выше меня на голову, в плечах — шире в два раза. Меня это как-то не напрягло: если он решил бы настучать мне в бубен, он сделал бы это без труда, с его-то здоровьем, а вот разрулить такой конфликт бескровно, но не войдя в конфликт со своим самолюбием, — это высший пилотаж.
«Слышь, брат! А ты ведь — чёрный! — заявили мне, голубоглазому и русоволосому. — А я их, сук, терпеть не могу! В армии их строил жестоко!». Разумеется, это — цензурный вариант его речёвки, сопровождавшейся характерным набыченным видом и поигрыванием плечами. Моя реакция ввела его в ступор. Я просто заржал. «Да наш это пацан!» — сказал ему кто-то. «Вижу, что наш, — растерянно откликнулся «бычок». — На, брат, ещё пива выпей!». Потом, где-то порядка десяти минут, этот десант с пеной у рта доказывал мне, что он — совсем даже не чукча, а самый чистокровный монгол из всех чистокровных монголов. В конечном итоге мне это всё надоело, и я перебрался обратно в вагон. Не стоило халявное пиво загруженных мозгов.
Кстати, совсем забыл сказать. На предыдущем перекуре мы с Леной, одной из моих соседок, разговорились, слово за слова перейдя к киношной теме, так что, когда я вернулся, у девушки уже накопилась масса вопросов по творчеству нашей студии. Я, как истинный джентльмен, не мог отказать прекрасной даме и максимально полно удовлетворил её любопытство. Так мы скоротали несколько часов, по окончание которых очередной диск «Осеннего безумия» был передан из рук в руки и поехал в Абакан.
После недолгого сна я собрал свои вещи, сдал проводникам бельё и стал любоваться ё-бургским пейзажем. Именно тогда мне стало понятно, из-за чего ТО «Green Worms» снимает такие атмосферные фильмы. Посудите сами: те места, по которым мы проезжали, состояли из множества болот и маленьких болотец, иногда выпускавших на волю островки относительно сухой земли или чахлый лес. И посреди этого то тут, то там попадались небольшие поселения либо какие-то непонятные объекты.
К слову сказать, переход от нашей унылой центральнороссийской картинки к зауральской произошёл для меня резко: пока я спал, мы успели въехать на территорию холмов и гор, а когда проснулся, то обнаружил перед собой такое великолепие. А потом мы начали погружаться в трясину...
Поезд прибывал в Екатеринбург в 6.30 по местному времени. И на вокзале меня уже ждал Виктор Мурзиков, один из основателей екатеринбургской студии независимого кино. Но об этом — в другой раз.

Пару вступительных слов. Я долго раздумывал, куда же поместить эту статью, ведь она, по большей части, будет записками путешественника, нежели отчётом о съёмках, но, тем не менее, решил остановиться на «киношном» разделе. Думаю, возражений не будет.

Честно говоря, мне уже надоело начинать свои заметки формулировкой «long time ago», хотя она и уместна всякий раз, поэтому перейду сразу к сути.
В этом году мой летний отпуск по графику упрямо не хотел совпадать с отпуском супруги, так что мне предстояло провести его в одиночестве. Сидеть дома, с точки зрения видеомонтажа и бытовых забот, было бы, конечно, полезно... Для всех. Кроме меня. Однообразие быта выносит мой мозг похлеще самого тупого абонента нашей компании, следовательно, мне предстояло чем-то себя занять. Поскольку круг моих знакомств весьма обширен, вариантов у меня была масса. Самый загруженный из них представлял из себя «съёмочный» маршрут через Волгоград в Анапу для организации совместного проекта нашего коллектива, краснодарских трэшеров «Suffer Studio» и уже известной вам студии «Комната-фильм». Возможность этого обсуждалась нами неоднократно, но, сказать по совести, реализация этой идеи на данном этапе была весьма сомнительной: все потенциальные участники были заняты своей непосредственной работой и освобождались только в вечернее время. Из-за этого снять что-то более-менее достойное не представлялось возможным. Скорее, коротенькое-прекоротенькое кино ни о чём. Так поступать тоже не хотелось: лучше подождать год-два и сделать интересную и серьёзную работу.
Существовал и ещё один вариант — через Москву на восток. В Зауралье и Сибири у меня тоже есть знакомые, а в столицу меня давно зазывала Злата Рапова, моя подруга и соавтор. Взвесив все «за» и «против», я склонился к последнему маршруту, пустив его через Екатеринбург до Челябинска. В Ё-бурге я собирался встретиться с ребятами из ТО «Green Worms» для съёмок небольшого эпизода, который потом планировал включить в проект с рабочим названием «Любовь на заказ», в городе же суровых мужиков — погостить у своей давней подружки Ани.
Вы будете смеяться, но я долго колебался перед поездкой. Во мне проснулся старый еврей, который начал нашёптывать мне, мол, и надо тебе тратить деньги да вообще куда-то тащиться? Сидел бы дома, жрал и дрых без просыпу. К счастью, уговорить меня ему не удалось.
И вот настал великий день... © Я, в сопровождении жены и сына, выдвинулся в Москву. Всей честной компанией мы погуляли по Красной площади и Александровскому саду, сходили в зоопарк, помокли под проливным дождём в дельфинарии, а потом отправились на Выхино, где я загрузил своё семейство в автобус до Рязани, а сам отправился к Злате. Проведя два дня в приятнейшем обществе, я вновь отправился в путь, забившись с Максом, со-режиссёром, на Ярославском вокзале.
Вообще, поездка моя началась с довольно неприятного момента. Я простыл. Виной тому были московские дождь и холод, а ещё — моя собственная неосмотрительность: все тёплые вещи, исключая куртку, я сдал в камеру хранения на Ярославском вокзале, чтобы не таскаться со своим баулом, как недобитый молдаванин. Как следствие — сопли по колено и надрывный кашель мальчика-туберкулёзника.
Ладно, ближе к делу... Распрощавшись с Максом, я погрузился в поезд. Мои соседи оказались на редкость приятными — спокойный дядька из Тюмени и две очаровательные питерские студентки, Лена и Наташа, едущие в Абакан. К сожалению, я не смог стать им хорошим попутчиком. Болезнь накрыла меня по полной программе, и я залип на своей верхней полке мумией. Как ни прискорбно, но именно из-за этого я не смог вкусить абаканского пива, которое кончилось в вагоне-ресторане именно тогда, когда я слегка ожил.
Пока меня колбасило, мой хладный труп иногда сваливался с полки покурить. И каждый раз милые девушки говорили: «Ну что же Вы? Столько уже едем, а Вы ничего не едите...», на что я хрипел в ответ про пошатнувшееся здоровье и плёлся в тамбур.
Оклемался я только в Перми. Возможно, этому весьма поспособствовали два пива, выпитых мною до этого и временно подзарядивших мой вялый организм. Во время остановки я нашёл в себе силы выползти и зацепить себе несколько бутылок аборигенского пива, оказавшегося, кстати, вполне нормальным. Не райским нектаром, но довольно приемлемым. Параллельно со мной в палатке закупались изрядно подпившие дембеля-десантники. Мы презрительно покосились друг на друга, не подозревая, что вскоре нам предстоит ещё одна встреча.

Продолжение следует...

Студия независимого кино «Комната-фильм».
«Комната».
Режиссёр: Д. Кисель.
Авторы сценария: Д. Кисель, К. Ряснянская, Е. Григин.
Оператор: Д. Кисель.
В ролях: Е. Григин, К. Ряснянская, Д. Кисель.
Продолжительность: 14:07.

Для тех, кто смотрел «Звонок» и вообще увлекается японской кинематографией, сюжет с видеокассетой покажется знакомым. Тем, кто видел «Шоссе в никуда» он покажется ещё более знакомым. А тем, кто играл в «Сайлент Хилл» (именно играл), уверен, при просмотре придётся испытать чувство «дежа вю», поскольку музыку Акиры Ямаоки забыть невозможно.
«И как, — спросите вы, — с таким набором можно снять что-то нормальное?». Я почешу свою небритую репу, поморщусь и отвечу: «А вы ещё "Комнату" не смотрели?!».
Этот фильм, по достоинству отмеченный на волгоградском фестивале независимого кино «Видеология», буквально с первых секунд затянет вас в себя и те четырнадцать минут, что он длится, растянутся для вас так же, как для Майка Энслина — час, проведённый в номере 1408, на целую вечность. Но как только закончатся финальные титры и вы осознаете, что снова находитесь в стенах своей квартиры, вам вновь захочется нажать кнопку воспроизведения и опять оказаться в «Комнате».
Как я уже однажды говорил, фильм поразил меня тем, что сам факт его существования доказывал: качественное кино можно снимать абсолютно без бюджета и с любым техническим уровнем.
Сюжет лучше не рассказывать, иначе тем, кто ещё не видел «Комнаты», будет неинтересно её смотреть. Чисто технически фильм, безусловно, несовершенен, но этим грешат и «большие», бюджетно-коммерческие продукты. Немного неудачная операторская работа в начале, небесспорная игра актёров, отсутствие динамики в некоторых сценах с лихвой компенсируются необычными ракурсами, качественным монтажом, естественностью поведения героев в кадре, особенно во время диалогов, и детально продуманным оригинальным сюжетом, который удалось сложить из уже использованного кем-то и когда-то материала. Всё это создаёт неповторимую атмосферу повествования, незаметно уводящего зрителя в новый, ещё неизведанный им мир. Оценивать вам и вам же — делать выводы, но «Комната» — это тот фильм, который войдёт в историю нового поколения независимого кино России. Точнее, он уже в неё вошёл.

Фильм доступен для скачивания на сайте студии.

С настоящей статьи я начинаю публиковать здесь рецензии на наиболее удачные и заметные любительские фильмы наших братских студий. По одному с коллектива. Первыми в списке идут наши коллеги с Санкт-Петербурга. Встречаем!

Студия независимого кино «Chiller Video Studio».
«Полигон-2».
Режиссёр: П. Фоминенко.
Автор сценария: П. Фоминенко.
Оператор: Штатив.
В ролях: Алексей Сапрыкин, Павел Фоминенко, Денис Щеглов, Елена Львова, Николай Сапрыкин, Юрий Фоминенко и др.
Продолжительность: 38:00.

Сюжет: о том, к чему могут привести секретные опыты военных.
Ну не могу я писать объективную рецензию на этот фильм! Вы уж меня извините.
Поэтому просто расскажу свои впечатления об этом фильме.
Как бы Павел не прибеднялся по поводу того, что-де и диалоги на ходу придумывались, и вообще сценарий создавался по мере необходимости, но меня не проведёшь! Более чем уверен, что, приступая к съёмкам, режиссёр уже чётко видел полную картину будущего фильма. Пусть это было не в деталях, которые можно проработать только на съёмочной площадке, но всё же. Почему я делаю такой вывод? Картина смотрится очень целостно, а сюжет плавно перетекает от одного эпизода к другому. То есть, конечно, допускаю, что «шлифовка» была сделана именно на фазе монтажа, но, согласитесь, отвратительно отснятые разрозненные куски без сюжета как ни монтируй, а конфетку не слепишь. Что же касается самого монтажа, то здесь, пожалуй, я не могу придраться к чему-то существенному.
Очень порадовало меня качество картинки. Несмотря на пережимку для интернета той версии, что я видел, изображение чёткое, и практически везде освещение сцен выполнено на «пять с плюсом». Несомненно, это связано не с голливудского уровня осветительным оборудованием «Chiller Video Studio», а с грамотно выбранным временем съёмки, но сей факт, скорее, — заслуга режиссёра, а не констатация безбюджетности независимого кино. Если нет разницы, зачем платить больше?!
Порадовал стёб. Если честно, когда я скачал кино, я не был в курсе, что это — чёрная комедия, но потом... А фраза: «Вау, зомби!» уже стала в нашей семье крылатой. Даже племянница моя восьмилетняя ею пользуется постоянно.
В «П-2» мне понравился уровень актёрской игры. Да, безусловно, до классиков мирового актёрского сообщества Фоминенко & Co ещё не дотягивают (чуть-чуть совсем — наглая лесть, гы), и, тем не менее, сыграно очень хорошо. Для примера, когда моя жена увидела эпизод, где многоуважаемый Павел произносит свою сакраментальную фразу, она пришла в неописуемый восторг и долго кричала что-то типа: «Как сыграл! Просто умница!» — и далее в том же духе.
При этом, по моему скромному мнению, конечно, есть некоторые огрехи именно с позиции актёрской игры. Во-первых, Павел явно переигрывает прочих актёров. Иными словами, несмотря на упоминавшуюся выше качественную актёрскую работу, возникает некоторый дисбаланс, из-за которого герой Паши выглядит «главнее» своего напарника, хотя по сюжету они «равноправны». Во-вторых, надеюсь, что за это высказывание меня не повесят, будущая на тот момент супруга режиссёра ведёт себя не совсем адекватно сложившейся ситуации (вокруг — зомби, а девушка довольно-таки спокойна). Особенно это проявляется в диалоге на крыльце. Речь девушки в этот момент, с моей точки зрения, слишком плавная, хотя (по сценарию) она пытается как-то утрясти в голове всё, что рассказал героям учёный. Я, безусловно, понимаю, что «П-2» — это стёб, но не стоит забывать, что герои фильма об этом не знают (или почти не знают, памятуя о реплике про сценарий). Есть у меня подозрения, что некоторая неестественность, о которой я говорил, возникла при переозвучке, ибо сам знаю, как тяжело сказать всё с нужной интонацией и эмоциями, сидя у компьютера, а не находясь на съёмочной площадке.
Что касается операторской работы, то здесь всё сделано весьма качественно. Чувствуется, что ребята набили руку ещё на предыдущих фильмах. При всём при этом, есть кое-что, лично меня несколько не порадовавшее — перебор с общими планами и недостаточная динамичность операторской работы в некоторых сценах. Стедикамов, полагаю, у нас ни у кого нет, но не снимать из-за этого с рук не стоит. Штатив и трансфокатор не заменят бегущего за актёром пыхтящего оператора.
В заключение, маленькая «шишка». Знаете, что мне больше всего резануло по глазам в этом фильме? Утрированная дешёвость. Не так всё бедно и плохо, как это хотели показать создатели фильма. Скажем, взрыв полигона с использованием обычных петард всё-таки смотрится не очень удачно. Думаю, можно было обставить это посимпатичнее, не взорвав при этом полдеревни.
Резюме: «Полигон-2» — это замечательное независимое кино. Со своими достоинствами и недостатками. Поэтому лично я ничуть не жалею времени, потраченного на его просмотр. Проект вышел удачным. Эй, люди, качать всем!!!

Фильм доступен для скачивания на сайте студии.

Поскольку в "Паутине" ряд персонажей из "сумеречной зоны" должен выглядеть весьма инфернально, пришлось вашему покорному слуге вчера потратить два часа времени и потестить грим, который можно наложить в домашних условиях, без специальных навыков и средств. Результат перед вами.

Мои помощники — вата, зубочистка, спанч, тональный крем, маска для лица, акварель, кисть и фен.

Кисть руки покрывается маской для лица, и поверх последней лепятся ватные шарики, пропитанные той же самой маской.

После чего рука обрабатывается тональным кремом. Причём там, где слой маски достаточно тонкий, при обработке спанчем она надрывается лоскутами, напоминающими куски кожи.

Следующий этап — работа с кистью. Честно говоря, я не особо стремился создать что-то натуральное, скорее, просто интуитивно добавлял цвета туда, где, на мой взгляд, они смотрелись уместно. Но, как ни странно, получилось довольно интересно. Напоминает полусгнившую плоть со следами предсмертного обморожения.

В результате мы получаем вот такую милую картинку:

Кровавая рука-убийца уничтожает своего создателя:

Набравшись немного вдохновения, решил закончить своё повествование о совместном проекте с Димой Киселём и его очаровательными сёстрами.

По окончание съёмок мы договорились, где и когда встречаемся на следующий день, и разъехались по домам. Вечер был предоставлен мне на размышления и анализ, в ходе которого я пришёл к выводу, что таких гладких съёмок у нас не было давно. Каждый занимался своим делом так, что его фактически не было видно. Пожалуй, именно в этот раз я почувствовал нас не группой единомышленников, а единым организмом.
И вот наступил новый день. Встречались мы, кажется, в двенадцать, у центрального входа. Я выехал от Макса пораньше, потому что мне нужно было заехать на Выхино за обратным билетом, соответственно, раньше же прибыл на место. Это было тоже неплохо, поскольку у меня появилась возможность наснимать общих планов. Пока я всем этим занимался, подъехал Максим, а чуть позже пришла смс-ка от Димки, что их сиятельное трио задержится минут на сорок (обернувшихся, на деле, полутора часами). Мысленно выругав отсутствующих, мы начали снимать сцену воспоминаний, в которой мой герой задумчиво курит, пьёт коньяк и с грустью просматривает фотографии. Несмотря на выпивку, я начал синеть уже буквально на десятой минуте, так что к приходу опоздавших у меня уже не было сил на них ругаться. В принципе, я и так не собирался этого делать, просто сожалел об упущенном времени.
Откровенно говоря, подробно расписывать весь день мне лениво. Скажем так, он делился на несколько этапов: съёмки "руками" Макса, "мои" съёмки и съёмки, которыми рулил Димка. Причина такого разнобоя крылась в том, что, сначала, Максиму пришлось уехать по личным обстоятельствам, а потом мне, как ГГ, пришлось уйти от камеры, уступив место за ней Диме.
Лучшим и самым запоминающимся моментом этого дня съёмок был поцелуй Ксении. Скромный, в щёчку, и тем не менее... Не знаю, специально или нет Димон сделал около десяти дублей этой сцены, но я ему за это очень благодарен, ибо заряд положительных эмоций был впечатляющим. Такие вещи навсегда откладываются в памяти. Хотя бы из-за тех чувств, что испытывает твой герой в подобной сцене. А испытывает он их потому, что ты — ради искренней игры — начинаешь жить его жизнью. Да, безусловно, я — не актёр, но кое-что мне удаётся. И это был как раз тот случай.
В итоге, мы отсняли всё, что планировали. Разумеется, некоторые эпизоды, родившиеся на месте, не попали на плёнку в силу своей второстепенности и нехватки у нас времени. Но основное было сделано. Причём, в весьма и весьма приличном исполнении. Поэтому в заключительном слове я хотел бы выразить свои безмерные уважение и благодарность сёстрам Ряснянским и Диме Киселю за самое активное участие в нашем совместном проекте. Надеюсь, он был не последним.

И снова о московских съёмках.

Мой приезд в столицу и телефонные переговоры с Димкой опустим за неинтересностью. Перейдём сразу к делу.
Суббота, восьмое марта. У всех нормальных людей — праздник. Они спешат куда-то с цветами, трясутся в метро и маршрутках, позвякивая вином и шампанским. Кто-то, отходя от вчерашнего корпоратива, «лечится» пивом. Кто-то — уже «в слюни». В общем, обычная праздничная картина. Но киноманьяки из «Kumir Pictures» в неё не вписываются. Особенно ваш покорный слуга, на одном плече у которого — чехол со штативом, подозрительно напоминающий «винторез», а на другом — традиционная походная синяя сумка. Если бы российское правительство поручило мне внедриться в среду гастарбайтеров с целью раскрытия мирового заговора против отечественных строительных компаний, я бы блестяще справился с поставленной задачей. Местом нашей встречи стала станция метро «Киевская» на Кольцевой. Димка чуть-чуть задерживался, Катюшка была в пути, а вот Ксюша... Ситуация с ней стала первой накладкой в нашем проекте. Ксения работала. И освободиться могла только вечером, что автоматически перечёркивало все уличные съёмки, которые составляли большую часть съёмочного времени. Кроме того, сам сюжет строился вокруг того, что героини, как и актрисы, — сёстры-близнецы. Переиграть, конечно, можно было, но некий шарм повествования терялся. Да и искать в экстренном порядке актрису в праздник было довольно проблематично, поскольку заранее ни с кем из своих многочисленных московских знакомых я таких раскладов не обсуждал и никто не сидел «на паузе», ожидая моего звонка.
Я лихорадочно прокручивал в голове варианты, как можно оперативно перекроить сценарий, но инсайты не торопились меня посещать. В любом случае, надо было подбирать Катюшку и ехать на ВДНХ. Поскольку Катя ещё добиралась, мы решили сразу направить её на станцию «Парк культуры», а оттуда вместе ехать до места.
И тут произошло чудо. Димке позвонила Ксюша и, после долгой беседы, сказала, что, несмотря на работу, она всё-таки приедет, наплевав на всё, просто часам к трём. После этих слов мой мозг перестал надрывно скрипеть, а сознание вошло в гармонию с действительностью.
Когда мы приехали на ВДНХ, то решили устроить небольшое творческое совещание. Точнее, совещание решило устроиться само, возникнув из нашей с Катюшкой дискуссии о спорных моментах сценария. Переместившись в кафешку в одном из павильонов, мы принялись обсуждать узкие места, выдвигая свои версии возможных изменений и отметая то, из-за чего пришлось бы существенно перестраивать сюжетную линию. В результате совместного креатива было выработано нечто общее, в отдельных моментах сильно не совпадающее с изначальной версией.
Наконец мы приступили к съёмкам. Следует заметить, что было весьма холодно, а мой лёгкий наряд для текущей сцены очень способствовал окоченению главного героя. Да-да, я знаю, что вы мне скажете. Мол, мы, видевшие «ОБ», очень надеялись, что в новом проекте ты, бездарь, в лучшем случае будешь играть случайного прохожего, а лучше — вообще появишься только в титрах, где-нибудь в самом конце. Но... Вам придётся терпеть мою рожу, причём в главной роли. Извиняйте! В будущем надеюсь избавить вас от этого печального зрелища.
Ладно, не суть. Пока мы снимали сцену встречи моего героя и Исполнителя желаний — персонажа, в которого превратился Димка, приехала Ксюша. Мы ненадолго прервались, познакомились лично и составили план дальнейших съёмок, исходя из Ксюшиной занятости. За это время я успел окончательно замёрзнуть, но дух мой был ещё крепок, согреваемый осознанием того, что в сумке у меня лежит реквизитная бутылка коньяка.
Если первая сцена шла практически буква в букву с текстом сценария, то последующие две — у фонтана дружбы народов и в Маке — строились на чистой импровизации актёров, ибо одна сцена была придумана находу, как более логичная связка сюжетных элементов, а вторая в финальном виде будет почти бессловесной, с речью, заглушаемой музыкой.
Сказать по совести, больше всего мне понравился эпизод расставания ГГ с его девушкой. Во-первых, я таки попил коньяка, по сюжету, заливая им горе, а во-вторых, сама ситуация была весьма забавной: я стоял посреди людной улицы, неподалёку от метро, с початой бутылкой, а эффектная красавица несколько дублей подряд (кажется, их было пять) била меня по щекам. Вспоминается наш разговор с Катей: «Я раньше никого по лицу не била!» — «Вот и потренируешься!». Первая пощёчина была дилетантской, прошедшей вскользь. Разумеется, Катюшка получила за это порцию справедливой критики. Следующие попытки оказались гораздо удачнее, а последняя пощёчина (после моего подбадривающего крика: «Давай, никакой пощады! Ударь как следует!») легла на мою физиономию так удачно, что у меня непроизвольно дёрнулась голова. Дальнейшее моё поведение было сообразно диагнозу: я начал орать: «Пять баллов! Макс, ты это заснял?» — и разве что не прыгать на одной ножке.
Собственно, на этом первый съёмочный день и закончился. О дальнейшем развитии событий вы узнаете после выпуска новостей...